дифтонг -eu-

[Антиромантик]

Обратили внимание, что вот этот дифтонг в праславянском языке использовался в ограниченном количестве позиций в начале слова?

Итак, где это было возможно
1.В абсолютном начале слова, то есть #eu: *eusa > уха, юшка.
2.После всех сонорных, кроме губных m и w: *neu-, *reu-, *leu-.
3.После *b и *p.
4.После *t встречается только в одном слове: *teud-j- > чужой...
5.Иногда после *s (в глаголе "шить").

Когда и почему возникли такие ограничения и что вообще случилось с основами на *meu-, *weu-, *teu-, *deu-, *seu-, *zeu-, *steu- и так далее?

[GaLL]

1.В абсолютном начале слова, то есть #eu: *eusa > уха, юшка.

Так ведь тут начальное *j-:
Праслав. *juxa ~ лит. jū́šė ~ др.-инд. yūṣá- и т. д.

[Антиромантик]

1.В абсолютном начале слова, то есть #eu: *eusa > уха, юшка.

Так ведь тут начальное *j-:
Праслав. *juxa ~ лит. jū́šė ~ др.-инд. yūṣá- и т. д.

Ах, да, точно, сюда же латинское iūs.
Тогда: юг

[GaLL]

Обратили внимание, что вот этот дифтонг в праславянском языке использовался в ограниченном количестве позиций в начале слова?

Итак, где это было возможно
1.В абсолютном начале слова, то есть #eu: *eusa > уха, юшка.
2.После всех сонорных, кроме губных m и w: *neu-, *reu-, *leu-.
3.После *b и *p.
4.После *t встречается только в одном слове: *teud-j- > чужой...
5.Иногда после *s (в глаголе "шить").

Когда и почему возникли такие ограничения и что вообще случилось с основами на *meu-, *weu-, *teu-, *deu-, *seu-, *zeu-, *steu- и так далее?

Вопрос интересный, он касается также ситуации в балтийских.
Начнем с того, что в определенный период сочетание *ev перешло в *ov (или в *av, смотря когда произошел переход *o > *a), если следующий после него гласный был непередним   , сходный процесс видим в балтийских:
праслав. *novъ ~ греч. νέος ~ хетт. newa- 'новый'

То, что рефлексы индоевропейских дифтонгов *ou и *eu совпали, объясняют подобным образом:
http://www.lituanus.org/1995_2/95_2_08.htm

As Rudzīte points out (pp. 147-148) there is a problem concerning the development of Indo-European *eu into Baltic. This a root such as *leudh- is represented in Latvian by ļaudis, Lith. liáudis 'people' (cf. Old High German liut), but the noun *teutā is represented by Latv. tàuta 'nation,' Lith. tautà (cf. gothic Þiuda). In the first example we have *jau as the reflex of *eu and in the second example we have au. Rudzīte quotes Endzelīns' view that since there were no ablaut variants for the words tàuta, Gothic Þiuda, Latv. làuks 'having a blaze (of horses),' Gk. leukós 'white,' the (unstressed?) eu in position before non-palatal (i.e., non-front) vowels was changed to au before the development of iau from *eu. Rudzīte notes the occurrence of eu in Old Prussian texts, e.g., peuse 'fir tree,' beside Gk. peúkē 'pine tree' and Old High German fiuhta and mentions that Endzelīns and others believe that here we do not have to do with the retention of Indo-European *eu, but rather that in the Pomesanian dialect of Old Prussian *įau passed back to eu. I would argue that the phonemic distinction between *iau and *au lies only in the nature of the preceding consonant. The sequence *įau < *eu can only be preceded by a palatalized consonant and *au by an unpalatalized consonant. Therefore in the sequences *eu and *au in post-consonantal position the contrast between /e/ and /a/ is neutralized. This is, of course, different from the situation of ei and ai, where in proto-East Baltic the distinction between /e/ and /a/ was probably maintained, cf. Latv. teikt 'to tell, to say' vs. taisīt 'to make.' Because of the recent palatalization of consonants by following front vowels in Lithuanian a case could be made for finding Lithuanian /e/ to be contrastive with /a/ only in word initial position, since in Lith. teĩkti 'to give, offer' the initial consonant is palatalized in contrast with the initial unpalatalized consonant of Lith. taisýti 'to repair.' But I think that all of the comparative grammars of the Baltic languages miss the fundamental point that etymological *eu and *au do not contrast their vocalic quality phonemically, but rather the nature of the preceding consonant (which may of course be ;' in word initial position, cf. Lith. jaũ 'already').

[Azzurro]

4.После *t встречается только в одном слове: *teud-j- > чужой...
5.Иногда после *s (в глаголе "шить").

4. Начнём с того, что этот корень заимствованный. Начальные вост.-слав. Ч - зап.-слав. С - юж.-слав. ШТ дают праформу *TJUD-JЬ - адъективальное образование от этнонима *ТJUD-, который, вероятно, продолжает гот. THIUDA "народ" или близкую к ней древнегерманскую форму. Таким образом, здесь в славянском не было дифтонга изначально.

5. "Шить" вообще очень сложный для реконструкции глагол. Во всяком случае, и тут о дифтонге ЕU в славянском речь не идёт. Славянская апофония даёт нам исторические варианты этого корня с "опорным" гласным И (который закономерно чередуется с И сверхкратким > Ь): ШИ-ТЬ, ШЬ-Ю ШИ-ВАТЬ, ШВ-ЕЦ - из др.-рус. ШЬ/В/ЬЦЬ, ШОВ - из др. рус. ШЬВЪ. Как видим, никаких следов былого корневого U, а тем более дифтонга EU (ши-ть - шивать воспринимается как быть - бывать, то есть В как наращение/интерфикс).

Далее, если считать, что переход EU > JAU перед согласным произошёл ещё в балто-славянский период, то в славянском дифтонг ЕU собственно изначально отсутствовал.
Объяснить такой переход легче, если полагать что балто-славянский имел не звук А, а лабиализованный звук, средний между А и О. Тогда переход EW > OW перед гласным становится аналогичным италийскому (*newos > лат. novus). Cравнивая его с латинским же переходом е > o после w (*swepnos > somnus "сон", *swesor > soror "сестра") можно предположить, что причиной его стало огубление Е в билабиальном окружении.

[Антиромантик]

4.После *t встречается только в одном слове: *teud-j- > чужой...
5.Иногда после *s (в глаголе "шить").

4. Начнём с того, что этот корень заимствованный. Начальные вост.-слав. Ч - зап.-слав. С - юж.-слав. ШТ дают праформу *TJUD-JЬ - адъективальное образование от этнонима *ТJUD-, который, вероятно, продолжает гот. THIUDA "народ" или близкую к ней древнегерманскую форму. Таким образом, здесь в славянском не было дифтонга изначально.

А как же вариант с -ou- (был такой: *toudjь > тоуждь, тоужь)? По поводу второго -t- - диссимиляция или вариативность? Вон в слове "твердый" тоже идет -d-, тогда как в балтийских -t-.

5. "Шить" вообще очень сложный для реконструкции глагол. Во всяком случае, и тут о дифтонге ЕU в славянском речь не идёт. Славянская апофония даёт нам исторические варианты этого корня с "опорным" гласным И (который закономерно чередуется с И сверхкратким > Ь): ШИ-ТЬ, ШЬ-Ю ШИ-ВАТЬ, ШВ-ЕЦ - из др.-рус. ШЬ/В/ЬЦЬ, ШОВ - из др. рус. ШЬВЪ. Как видим, никаких следов былого корневого U, а тем более дифтонга EU (ши-ть - шивать воспринимается как быть - бывать, то есть В как наращение/интерфикс).

Это вторичное сближение.
Вот
http://starling.rinet.ru/cgi-bin/response.cgi?single=1&basename=/data/ie/piet&text_number=2435&root=config

[Azzurro]

1. В твёрдый и лит. tvirtas скорее просто разные расширения. Формант -d- имеет параллель в sol-dъ "сладкий" от... sol-ь "соль" (первоначально "непресный, вкусный"). Вариант *TUDJЬ наряду с *TJUDJЬ может быть объяснён диссимилятивным выпадением первого J (попробуйте-как произнести это "ТJUDJЬ", особенно в полной форме "TJUDJЬJ").

2. Разумеется, это вторичное сближение. В формах типа ШЬВЪ В - рефлекс былого корневого U. Но сам дифтонг EU в этом слове почил.

[Антиромантик]

Интересно, почему вообще произошла трифтонгизация eu > jau?

[temp1ar]

сюда же слово люди - leute